Соединение традиционной финансовой системы и децентрализованной инфраструктуры
На протяжении десятилетий бэк-офисы глобальных компаний по управлению активами работали на тихом, дорогостоящем и крайне фрагментированном механизме. Традиционные институциональные фонды по-прежнему привязаны к сложным устаревшим уровням расчетов — системам, в которых клиринг актива или проверка одного инвестора могут занимать дни и требуют горы бумажной работы.
По мере того как финансовый мир движется в направлении токенизации реальных активов (RWA) и частного кредитования, отрасль сталкивается с фундаментальным препятствием: как обеспечить масштабируемость, сохраняя при этом соответствие нормативным требованиям, безопасность и высочайшую эффективность.
Чтобы понять суть решения, мы поговорили с Абдулом Рафаем Гадитом, соучредителем Zignaly и сети первого уровня Zigchain. Имея опыт работы в сфере транзакционного банкинга в Standard Chartered и участвовав в успешных продажах технологических компаний, таких как Cloudways (350 млн долларов), Гадит соединяет традиционные финансы и децентрализованную инфраструктуру. Его точка зрения: прорыв блокчейна заключается не в скорости, а в структурном сдвиге в подходе к формированию доверия и обеспечению соответствия нормативным требованиям.
В традиционных банковских системах обеспечение соответствия рассматривается как отстающий, реактивный процесс. Когда актив переходит из рук в руки, запускается цепная реакция ручных проверок.
«Устаревшая система обеспечения соответствия требованиям обходится дорого, потому что никто не доверяет результатам последней проверки, поэтому все повторяют её заново», — говорит Гадит. «В результате получается, что один посредник за другим проверяет то же самое, что уже проверил предыдущий. Это просто крайне неэффективно».
Поскольку участники работают в изолированных информационных средах, каждой стороне приходится вручную восстанавливать картину соблюдения нормативных требований. В результате получается медленная и подверженная ошибкам игра в «телефон».
В то время как традиционная инфраструктура полагается на внешние проверки, специально разработанные блокчейны уровня 1 интегрируют обеспечение соответствия непосредственно в сам актив. В этой архитектуре требования к правомочности, географические ограничения и законы о передаче не хранятся в отдельных корпоративных базах данных — они перемещаются вместе с токеном.
«В цепочке блоков правила правомочности и передачи перемещаются вместе с активом. А поскольку актив уже знает, кто может им владеть и как его разрешено перемещать, при каждой передаче ничего не нужно воссоздавать заново», — объясняет Гадит.
Эта интеграция объединяет исполнение, право собственности, расчеты и сверку в единое, поддающееся проверке состояние.
«Соответствие нормативным требованиям перестаёт отставать от транзакции в виде бумажной волокиты и становится частью инфраструктуры, на которой осуществляется транзакция. Настоящая выгода заключается не в скорости… А в том, что эмитенты, дистрибьюторы, депозитарии и инвесторы наконец-то ориентируются на один и тот же достоверный источник информации, вместо того чтобы воссоздавать пять слегка отличающихся друг от друга версий».
Институциональные инвесторы по-прежнему скептически относятся к спекулятивным токенам с практической полезностью. Чтобы преодолеть этот разрыв, необходимо отказаться от моделей, основанных на ажиотаже, в пользу измеримых показателей, ориентированных на практическую полезность.
«Институциональные инвесторы не особо реагируют на риторику об управлении; они реагируют на то, что можно измерить», — отмечает Гадит. «Токен должен иметь практическую полезность. Он должен быть связан с реальным использованием, реальным потоком комиссий, и если его нельзя привязать ни к чему из этого, то, по сути, он не имеет большого значения».
Вместо использования эмиссий для временного привлечения ликвидности устойчивые модели напрямую связывают спрос на токены с транзакционной активностью, сетевыми комиссиями и программными выкупами.
«Если удастся заставить инвесторов анализировать предложение, эмиссию, сбор комиссий и выкуп токенов так же, как они анализируют размывание акций или распределение капитала в публичной компании, то это станет большим шагом вперёд. Пройдите этот тест — и вы окажетесь в центре обсуждения», — добавляет Гадит.
Заблуждение о RWA: токен — это последний шаг
Между тем, пока институциональный капитал обращает внимание на токенизацию реальных активов (RWA), сохраняется одно из основных заблуждений. Многие участники рынка полагают, что главным препятствием для токенизации является техническая проблема — простое создание самого токена. По мнению Гадита, такая точка зрения в корне упускает из виду то, что делает актив привлекательным для инвестиций.
«Все, что действительно имеет значение, лежит в основе: юридическое право собственности, структуры, которые выдержат сбой, круг лиц, имеющих право владеть активом, хранение, обслуживание, оценка, а также то, действительно ли выкуп происходит, когда кто-то об этом просит. Токен не может спасти слабый актив или слабую структуру; он просто ускоряет движение слабого объекта».
Для устранения этого противоречия необходимо создавать сети, в которых базовые правовые и нормативные рамки глубоко вплетены в «ДНК» реестра. Именно в этом, по мнению Гадита, заключается позиционирование Zigchain — в согласовании скорости блокчейна с нормативными стандартами институционального уровня.
Вместо того чтобы просить традиционных игроков обходить устаревшие стандарты, финансовые сети нового поколения должны встраивать обеспечение соответствия требованиям непосредственно в свою инфраструктуру.
Хотя Zignaly построила свой успех на прикладном уровне — расширившись до 500 000 пользователей и объема более 10 миллиардов долларов — переход на специализированный уровень 1 на базе Cosmos SDK стал естественной эволюцией архитектуры для поддержки масштабирования на институциональном уровне.
«По мере сотрудничества с крупными учреждениями стало ясно, что узким местом было не приложение, а лежащая под ним инфраструктура», — объясняет Гадит. «Каким бы хорошо разработанным ни было приложение, оно по-прежнему зависит от чужих правил расчетов, выпуска активов, хранения и окончательности транзакций. Можно постоянно улучшать пользовательский опыт, но вы все равно будете сталкиваться с ограничениями, обусловленными решениями, принимаемыми на более низких уровнях стека».
Разработка собственного уровня 1 позволяет встроить функции обеспечения соответствия нормативным требованиям, выпуска активов, ликвидности и распределения непосредственно в базовый протокол.
Однако для создания инфраструктуры такого уровня, отвечающей институциональным требованиям, требуется нечто большее, чем просто смарт-контракты; необходима активная, дальновидная регуляторная среда. Работая из Объединенных Арабских Эмиратов, Гадит получил возможность наблюдать из первых рук за одним из самых быстрорастущих в мире центров цифровых активов.
Вместо того чтобы рассматривать регулирующие органы как препятствие, Гадит воспринимает интегрированную экосистему Объединенных Арабских Эмиратов (ОАЭ) как ключевого партнера.
«DIFC и более широкая нормативная база ОАЭ объединяют регуляторов, структуры фондов, депозитариев и блокчейн-сети в рамках одной экосистемы, — говорит Гадит, — что значительно упрощает совместную разработку институциональных продуктов вместо их параллельного создания».
Благодаря согласованию требований к соблюдению нормативных требований в цепочке блоков, токеномике, аналогичной акциям, и благоприятной нормативной среде разрыв между традиционными финансами и блокчейном продолжает сокращаться.
Источник: cryptonews.net