Кандидатура нового рахбара должна быть приемлема для разных представителей элиты Ирана. Об этом Новостям Mail рассказал младший научный сотрудник Отдела Ближнего и Постсоветского Востока ИНИОН РАН Илья Баскаков. Какие варианты «замены» Хаменеи рассматривают в Иране и кто может стать новым духовным лидером в стране — подробнее в нашем материале.
Авторы и экспертыИлья БаскаковЭкспертДиана ПотаповаАвтор Новости Mail
Несмотря на сильное внешнее давление, в Иране со времен Исламской революции — и особенно с 1989 года — оформилась достаточно устойчивая многоуровневая система власти. Поэтому гибель Али Хаменеи, хоть и стала значительным ударом по стабильности режима, тем не менее не привела к слому системы, поясняет аналитик.
Согласно Конституции Ирана, духовным лидером (рахбаром) должен быть факих, являющийся «самым сведущим в установлениях и вопросах мусульманского права либо в политических и социальных проблемах», если его сочтут «признанным всем народом или обладающим выдающимися качествами».
По своим качествам это должен быть справедливый, набожный, смелый, способный к умелому управлению человек. Ему предстоит стать не только главой Ирана, но и формально — лидером всей мировой исламской уммы, поясняет Баскаков.
После 12-дневной войны летом прошлого года СМИ сообщали, что Хаменеи выбрал трех высокопоставленных представителей духовенства, которые могли бы стать его преемниками в случае гибели. Однако их имена не разглашались.
Важно, что кандидатура должна быть приемлема для разных представителей элиты Ирана. Можно допустить, что в условиях высокой нестабильности внутри и вовне высота религиозного ранга кандидатов может не быть решающей. Может быть, кандидат уже был неформально выбран еще до смерти Хаменеи. А может, были лишь выдвинуты возможные кандидатуры. Официальное решение Совета экспертов нам еще предстоит узнать.
Илья Баскаковмладший научный сотрудник Отдела Ближнего и Постсоветского Востока ИНИОН РАН
Кто может заменить Хаменеи
В числе возможных преемников часто называют сына погибшего лидера — Моджтабу Хаменеи. Он обладает доверием и связями в силовых ведомствах, но его приход к власти означал бы передачу поста по наследству, что явно не понравится иранскому духовенству. Аналогичные риски существуют и в отношении внука Хомейни — Хасана.
Можно предположить, что Хаменеи мог принять во внимание кандидатуру, которая бы подразумевала «мягкий перезапуск» (возможно временный) политического курса в сторону большей умеренности ради сохранения режима. Здесь уместно вспомнить о пятом президенте Ирана — Мохаммаде Хатами. Баскаков обращает внимание, что Хаменеи тоже занимал пост президента страны до того, как стать духовным лидером.
У Хатами есть опыт управления, проведения реформ, диалога с Западом. Однако его курс по итогу не увенчался успехом из-за возросшего давления США. В последние годы Хатами выступал с активной критикой действий руководства Ирана в отношении системного кризиса. Поэтому это очень гипотетический сценарий, который бы подразумевал решение Хаменеи пойти на сильную перестройку режима ради его сохранения.
Илья Баскаковмладший научный сотрудник Отдела Ближнего и Постсоветского Востока ИНИОН РАН
То же относится и к Хасану Роухани — экс-президенту Ирана, при котором была заключена ядерная сделка. Правда, в обоих случаях стоит делать скидку на возраст: и Хатами, и Роухани уже далеко не молоды.
Иранист полагает, что более вероятным преемником станет фигура, способная обеспечить преемственность нынешнего политического курса. В этом ключе он выделяет две фигуры — Алирезу Арафи и Садека Лариджани.
Алиреза Арафи — достаточно молодой кандидат, стремительно укреплявший свое положение в Иране. Хаменеи поддерживал устремления Арафи. Это умелый технократ, с опытом активной деятельности в культурно-религиозной области страны и за рубежом. Достаточно близок к консервативным кругам элиты и скорее всего устроит их. Можно также отметить личность Садека Лариджани — председателя Совета по определению государственной целесообразности, имеющего опыт руководства судебной властью в Иране.
Илья Баскаковмладший научный сотрудник Отдела Ближнего и Постсоветского Востока ИНИОН РАН
При любом раскладе личность духовного лидера не определит однозначно курс страны, который может трансформироваться в зависимости от внутренних потребностей и воздействия внешней среды, резюмирует эксперт. Нельзя исключать и внутренней трансформации системы под давлением извне, в рамках чего традиционные процедуры и планы могут быть отринуты.
Все это, конечно, актуально, если система устоит, и не будет еще более сильной эскалации конфликта Ирана с США и Израилем. В ином случае можно говорить о потенциальной значительной перестройке всей государственной системы и возможном перезапуске всего политического курса страны.
Илья Баскаковмладший научный сотрудник Отдела Ближнего и Постсоветского Востока ИНИОН РАН
Узнать больше по темеИран: основная информация, история и ситуация в странеЭто ближневосточное государство с богатой историей сегодня играет важную роль в региональной политике, контролирует выход к Персидскому заливу и Ормузскому проливу, а также остается одним из крупнейших производителей нефти и газа. В материале — главное об Иране.Читать дальше